?

Log in

No account? Create an account

Previous Entry | Next Entry

17-я часть в предыдущей записи:
http://lll22021918.livejournal.com/24603.html 17-я ч.


Первая дивизия РОА была отборной. В ее состав вошла даже большая часть русской Бригады СС, созданной в 1941-42 годах в районе города Локоть под командованием Бронислава Каминского. Эшелоны с личным составом этой «бригады СС» подошли 12 ноября 1944 года, когда в лагерь Мюзинген прибыл полковник Буняченко и его начальник штаба Николаев.

Бригада Каминского состояла в большинстве своем из людей, принимавших активное участие в борьбе с партизанами на оккупированной территории Советского Союза и подавлении Варшавского восстания летом 1944 года.

 

Жуковский В.Т. – командир одного из полков РОА свидетельствует, что во время инспектирования этой «бригады» был составлен акт, переданный генералу Власову. После ознакомления с этим «актом» Власов приказал включить «бригаду» в состав 1-й дивизии РОА. Лично Жуковскому, а также современным историкам, до сих пор непонятно почему так поступил Власов.

Во-первых «эсесовская бригада»;

во-вторых, ее солдаты и офицеры – разложившиеся и занимающиеся грабежом и бандитизмом;

в-третьих, у всех солдат имеются «золотые вещи».

 

А какой еще в глазах немцев могла быть «армия Каминского»? Если бы она была другая, ее бы ликвидировали, как ликвидировали самого Каминского.

Власов включил «эсесовскую бригаду» в состав 1-й дивизии РОА, потому что это была уже ЕГО БРИГАДА, как в фильме «Подвиг разведчика», когда все немецкие офицеры пьют за победу, наш разведчик произносит тост «ЗА НАШУ ПОБЕДУ». Ведь генерал Власов еще в 1943-44 годах поставил под контроль и переподчинил «Русскую Бригаду СС» при помощи своей агентурной сети – «инспекторов» школы пропагандистов в Дабендорфе.

 

Осенью 1941 года в районе города Локоть, что на Брянщине, была образована «Локотская республика». Руководил этой республикой вначале инженер Воскобойников, а после его смерти – инженер Бронислав Каминский, являвшийся в прошлом секретным сотрудником НКВД. У этого Каминского была своя регулярная армия численностью в 12 тысяч человек.

 

Действовавшие в Брянских лесах партизанские отряды и группы особого назначения (ОСНАЗ НКВД) получили из «Центра» указание уничтожить в кратчайшее время антисоветскую «Локотскую республику». Сделать это в 1942-43 годах не удалось.

После этого, значительная часть т.н. «партизанских» групп ОСНАЗ НКВД просто-напросто перешла на сторону «Локотской республики».

 

Есть железное правило для любых толковых спецслужб Запада и Востока: НЕ МОЖЕШЬ УНИЧТОЖИТЬ ОРГАНИЗАЦИЮ ИЛИ ДВИЖЕНИЕВОЗГЛАВЬ ЕГО. Фактически «переход» «партизан с оружием в руках» на сторону «Локотской руспублики» – это способ усиления агентурной сети Советских спецслужб в Восточных добровольческих частях Вермахта и СС.

 

К 22-му июня 1941 года у СОВЕТСКИХ СПЕЦСЛУЖБ НЕ БЫЛО В ВЕРМАХТЕ И СС ПОЧТИ НИ ОДНОГО РАЗВЕДЧИКА ВЫШЕ РОТНОГО ЗВЕНА.

В 1944 году – у Советской разведки уже БЫЛИ СВОИ ЭСЕСОВСКИЕ БРИГАДЫ и ДИВИЗИИ!

 

Летом 1943 года по приказу Каминского в Локотской республике были расстреляны двое немецких солдат, ограбившие местную мельницу и убившие ее хозяина. Несмотря на протесты командования Вермахта, приговор был приведен в исполнение. Немцы вынуждены были переварить эту пощечину. Хотя по приказу Кейтеля за каждого убитого немецкого солдата полагалось взять в заложники и расстрелять 10-50 местных жителей.

 

Во время подавления варшавского восстания, бойцы «Русской Бригады СС Каминского» напали на немецкий военный городок. Во время этого нападения они пристрелили несколько немецких эсесовских солдат и офицеров, жестоко расправившись с их семьями.

Эсесовцы, естественно, потребовали выдать им бойцов русской бригады, участвовавших в нападении на военный городок. В ответ на эти требования Бронислав Каминский пригрозил, что его Бригада возьмется за оружие если немцами будет предпринята попытка захватить его бойцов силой.

В ответ на этот акт неповиновения, СС организовала убийство Бронислава Каминского. Его машина была расстреляна в лесу из засады спецгруппой СС. Убийство Каминского приписали польским партизанам.

 

Но самое пикантное во всей этой загадочной истории то, что СД готовило арест Каминского. Нацистскими спецлужбами была получена информация о том, что Бронислав Каминский высопоставленный агент НКВД, оставленный на оккупированной территории с целью внедрения в структуры войск СС. Варшавское восстание лишь отсрочило на некоторое время арест и ликвидацию Каминского, готовившиеся СД.

 

И надо же случиться такому «совпадению»: когда генерал Власов – агент Советской разведки стратегического влияния – приступил к формированию 1-й дивизии РОА, в ее состав он почти полностью включил «Бригаду СС Каминского».

 

Виктор Филатов в книге «Власовщина РОА: белые пятна» пишет, что секретный сотрудник НКВД: «Каминский просто расстрелял попавших ему в плен фашистских захватчиков. Его ошибка заключалась в том, что сделал он это прилюдно. Этим еще больше усилил подозрения, что он никакой не «инженер Каминский». Для советского агента Каминского это была роковая ошибка. Ничего подобного Власов ни разу не делал. Власов работал как высококлассный сапер».

 

Труд В.П. Артемьева «Первая дивизия РОА» является подробным описанием эпопеи 1-й дивизии.

 

Когда 1-я дивизия РОА была окончательно сформирована, генерал Кестринг вознамерился изъять из ее рядов крупное подразделение, вооруженное «противотанковыми кулаками». Кестринг приказал срочно отправить этот противотанковый отряд на Советско-германский фронт. А точнее против Жукова, чьи танки в это время стояли на Одере в районе Кюстрина.

 

С приказом Кестринга радостный полковник Герре примчался к Буняченко и Николаеву, а те прямо с порога – «Нет», «Ни в коем случае», «Никогда».

Фактически Буняченко, под предлогом не дать «распылить силы дивизии», отказался выполнить прямой приказ германского командования.

 

Буняченко отдал приказне пускать немцев в казармы дивизии. Более того, он собрал командиров частей на совещание. На нем был принят «план особых мероприятий в дивизии на случай возможного возникновения конфликта с немцами».

«Впервые возник вопрос о неподчинении, вплоть до вооруженного сопротивления» – свидетельствует в своей книге Артемьев – бывший командир 2-го полка в 1-й дивизии РОА.

 

Через несколько дней в дивизию приехал генерал Власов. После этого Буняченко вдруг неожиданно согласился выполнить приказ Кестринга и Герре. Но немцы были тут ни при чем. Настоящие командиры Власова и Буняченко находились в Москве. Им и было доложено о затее Кестринга. Эти «несколько дней», пока Буняченко тянул резину и ломал комедию перед немцами, ушли на принятие Советской разведкой решения в Москве. А когда решение в «Центре» было принято – Власов и Буняченко, «хоть и с неохотой», но согласились.

 

Власов тогда прямо намекнул при немцах Буняченко: «НАША ПОБЕДА будет обеспечена, если нам удастся на каком-то секторе фронта продвинуться, отбрасывая проивника. Первой дивизии предстоит сыграть важную роль – открыть дорогу для дальнейших крупных формирований. Она должна показать, на что она способна. Несмотря на тяжелое положение на Восточном фронте, она должна отличиться. ЕЕ ЗАДАЧАЗАДАЧА БУДУЩЕГО».

В эти месяцы наступление Советских войск на Берлин действительно застопорилось на Одере. А разговор этот происходил во время торжественного застолья. Буняченко чокнулся с Власовым и ответил: «В этом вы не должны сомневаться Андрей Андреевич. Мы уж постараемся

 

16 ФЕВРАЛЯ 1945 ГОДА, НАХОДЯСЬ В 1-Й ДИВИЗИИ РОА, ГЕНЕРАЛ ВЛАСОВ ПРИКАЗАЛ СНЯТЬ С МУНДИРОВ И ФУРАЖЕК НАЦИСТСКИХ ОРЛОВ СО СВАСТИКОЙ!

 

На фронте против Жукова «противотанковый отряд» пробыл недолго. Нынешние «историки» Запада и РФ до сих пор пишут, что «отряд» на фронте имел «полный успех». К власовцам якобы стала прибывать масса «перебежчиков» даже когда Красная армия стояла у ворот Берлина.

Поэт говаривал: «Блажен, кто верует».

Какие «перебежчики» бежали на сторону власовцев в феврале-марте 1945 года? В Москве уже готовили Красную площадь для Парада Победы! Не «перебежчики» это были на самом деле.

Власов говорил Буняченко о каких-то «дальнейших крупных формированиях». Вдруг после этого «отряд», посланный Буняченко, возвращается с Восточного фронта, приведя с собой огромное количество «перебежщиков».

Эти «ПЕРЕБЕЖЧИКИ» – НОВОЕ ПОПОЛНЕНИЕ, ПРИСЛАННОЕ В ПЕРВУЮ ДИВИЗИЮ РОА СОВЕТСКОЙ РАЗВЕДКОЙ!

Вспомним «пропагандистские акции» Власова на Восточном фронте в 1942-44 годах, когда под прикрытием массы «перебежчиков» Советская разведка сумела осуществить переброску и внедрение своих агентов в структуры Восточных формирований Вермахта и СС. Вспомним «Локотскую республику» на Брянщине в 1942-43 годах, когда на сторону «армии Каминского» дружно переходили целые «партизанские группы» (ОСНАЗ НКВД) со всем своим вооружением.

 

2-го марта 1945 года полковник Герре получил приказ двинуть 1-ю дивизию РОА на соединение с армейской группой «Вайксель», которой командовал Гиммлер на Советско-германском фронте.

Когда Герре передал этот приказ Буняченко и его офицерам, те вновь начали под смехотворными предлогами «тянуть резину». Сначало Буняченко сослался, что его главнокомандующий – это генерал Власов, а его дивизия – часть армии Власова. Потом он сообщил, что дивизия может быть введена в действие на фронте только вместе с другими частями РОА, которые еще не готовы.

Иными словами, ИСТОРИЯ ПОВТОРЯЕТСЯ ОДИН К ОДНОМУ. Буняченко, как и тогда, ждет приказа из «Центра».

 

Прошло четыре дня, которые потребовались Москве на то, чтобы выработать окончательное решение по применению Первой власовской дивизии на Советско-германском фронте. А когда оно было выработано, приказ из Москвы получил Власов в Карлсбаде. После этого он передал его Буняченко, который наконец-таки (к радости немцев) двинулся на соединение с армейской группой «Вайксель».

 

Артемьев свидетельствует, что к тому моменту: «В частях дивизии царило напряжение, все были готовыв любую минуту приступить к боевым действиям. Было организовано круговое сторожевое охранение и выслана разведка. Настроение солдат и офицеров было таким, что достаточно было одной команды, чтобы они в неудержимом стремлении ринулись в бой. Солдаты наперебой задавали своим офицерам волнующие их вопросы: «Где генерал Власов?», «Когда начнем действовать?», «НЕЛЬЗЯ ЛИ ЗАХВАТИТЬ НЕМЕЦКИЕ СКЛАДЫ ОРУЖИЯ И ВООРУЖИТЬ ВТОРУЮ ДИВИЗИЮ?».

 

7-го марта генерал Власов отдал приказ своей дивизии выступить в ночь с 8-го на 9-е марта 1945 года походным порядком в направлении Нюрнберг. Так начался таинственный, пока еще скрытый в архивах под грифами «совершенно секретно» и «без срока давности», легендарный путь Первой власовской дивизии. История его сегодня ждет своих Александра Фадеева с его «Разгромом» и Александра Серафимовича с его «Железным потоком».

 

Гиммлер определил, что первая власовская дивизия будет воевать в Померании, в районе Штеттина. Однако попала она «загадочным» образом в район ЛюббенаФранкфурта-на-ОдереКоттбуса, то есть километров 30 на юго-восток от Берлина и этак километров на 150 от Штеттина, если строго на юг. Получилось, как в песне про матроса Железняка «Он шел на Одессу, а вышел к Херсону».

 

Артемьев почти открытым текстом объясняет это так: «Пятого марта генерал Власов вернулся в дивизию. В результате его переговоров были сделаны некоторые изменения. Дивизия все же должна была выступить, но не в район Штеттина, а в район Люббена, Франкфурта-на-Одере, Коттбуса, юго-восточнее Берлина».

Если учесть, что именно на этом участке фронта наступали танки Жукова, то ситуация становится более чем пикантной и еще более «загадочной». Власовская дивизия пошла «воевать» против Жукова, который за три месяца до «ухода» генерала Власова к немцам написал на него очень хорошую боевую характеристику. Теперь вот, назначенный лично Сталиным, Жуков командовал 1-м Белорусским фронтом, который должен был вести лобовое наступление на «логово» фашистского зверя – Берлин. А на пути его, фактически в центре немецкой обороны, должна была встать Первая власовская дивизия!

 

Сразу возникают следующие вопросы: кто, как и почему в последний момент поменял район будущей дислокации Первой власовской дивизии, кто скомандовал направить дивизию не на периферийную Померанию, а в самое пекло – под Берлин? Это одна из тех государственных тайн, которая до сих пор хранятся за семью печатями в цинковых коробках с запаянными крышками.

 

Вот выписка из дневника ОКВ с 20 апреля по 9 мая 1945 года:

«…Можно сделать следующие выводы относительно преследуемых противником целей: НА ФРОНТЕ советских войск ЧЕТКО ВЫРИСОВЫВАЕТСЯ НАПРАВЛЕНИЕ ГЛАВНОГО УДАРА НА БЕРЛИН, в то время как наступление в Саксонии и РАЙОНЕ ШТЕТТИНА ИМЕЕТ ЦЕЛЬЮ СКОВАТЬ КРУПНЫЕ НЕМЕЦКИЕ СИЛЫ…»

 

Далее начинается настоящий «цирк». Власовскую дивизию немцы решили по-быстрому перебросить к месту боев по железной дороге. Для этого выделили почти 40 эшелонов, на каждый из которых нашли по два паровоза. Но тут опять «вдруг заартачился» командир дивизии Буняченко. Под предлогом того, что в условиях переброски по железной дороге «нарушется целостность дивизии» и ее «боеготовность» в случае «попыток разоружения», генерал Буняченко наотрез отказался грузить свою дивизию в эшелоны. Его «поддержал» Власов.

Было решено идти пешком, на своих двоих. Расчет движения пешим порядком был произведен таким образом, чтобы двигаться по 40 километров в ночь, делая большие остановки на отдых по 36 часов через каждые 2-3 перехода. Планировалось в течении двух недель достигнуть Нюрнберга, который находился в 300 км.

А в Нюрнберге вдруг все поменялось на 180 градусов. Буняченко заявил, что теперь он согласен, чтобы его дивизия ехала «на двойной паровозной тяге». Немцы обрадованно подогнали на станции Эрланген и Форхгайм 40 эшелонов. Дивизия проворно загрузилась в вагоны и больше не опасаясь «нарушить организационную структуру дивизии», весело покатила курсом на Франкфурт, что стоит на реке Одер.

 

Дело было в сроках появления дивизии Советских стратегических агентов Власова и Буняченко на линии фронта, которые расходились со сроками немцев. Власов получил новый приказ из Москвы. Первой дивизии РОА предписывалось сняться моментально с места стоянки близ Нюрнберга и появиться на фронте в районе Люббена – Франкфурта-на-Одере – Коттбуса не позднее 2-го апреля.

 

Что же касается смысла всего 300-километрового пешего марша Первой власовской дивизии по западной и самой южной провинции Германии Вюртемберг, то он заключается в следующем. В марте-апреле 1945 года американцы и англичане уже отлично понимали, что такое власовцы и как они отчаянно, до последнего воюют против них. А по Ялтинскому соглашению эта провинция и соседние к ней отходили «союзникам». В те предпобедные месяцы англо-американцы уже не сомневались, что власовцы – это те же русские, только в немецкой форме одежды. Сталин и Советская разведка этим власовским пешим походом по провинции Вюртемберг много чего давали понять нечистоплотным «союзникам».

 

Опять слово командиру 2-го полка Власовской дивизии: «По пути движения попадались лагеря «остовских» рабочих, в которых жили насильственно вывезенные из Советского Союза люди в тяжелых условиях. По ходатайству генерала Власова… дивизия получала право проверки условий жизни и труда «остовцев» в этих лагерях».

 

Про это же самое пишет А. Казанцев: «Севернее намеченного пути дивизии были только разбросанные по всей Германии отдельные батальоны, правда, с внушительной цифрой в 800 тысяч человек, но не имевшие друг с другом связи и не объединенные общим командованием. Миллионы русских людей с надеждой следили за каждым шагом дивизии. Со всех концов Германии к предполагаемому пути ее следования спешили одиночками и небольшими группами добровольцы. Это были рабочие, ВОЕННОПЛЕННЫЕ, каким-то чудом бежавшие из лагерей».



19-я часть - продолжение -  в следующей записи:
http://lll22021918.livejournal.com/25194.html 19-я ч.

Profile

lll22021918
lll22021918

Latest Month

November 2018
S M T W T F S
    123
45678910
11121314151617
18192021222324
252627282930 

Tags

Powered by LiveJournal.com
Designed by Lilia Ahner